«Пенсию заберут» — я в этом не сомневалась

Мне шестьдесят три. Я не работаю, живу на пенсию: по старости и по инвалидности, вместе выходит двадцать пять тысяч девятьсот девяносто семь рублей. Это всё, что у меня есть в месяц, и из этого нужно платить за квартиру, покупать лекарства и есть.

А долг был пятьсот десять тысяч.

Про банкротство я слышала и сразу для себя решила: не пойду. Была абсолютно уверена, что как только начнётся процедура, пенсию заберут в счёт долга — всю, до копейки. И что я тогда буду делать? В моём возрасте не подработаешь, и занять уже не у кого.

Когда тебе шестьдесят три и вся твоя жизнь — двадцать пять тысяч в месяц, ты не рискуешь. Ты держишься за то, что есть.

Так и держалась. Платила понемногу, чаще всего только проценты, иногда пропускала — и тогда звонили. Я старалась брать трубку, потому что боялась, что иначе будет хуже. Разговоры эти были короткие и одинаковые, и после каждого я долго сидела на кухне.

Долг за это время не уменьшался. Я понимала арифметику: при моей пенсии этот долг я не закрою никогда, даже если проживу ещё тридцать лет. Но одно дело понимать, а другое — решиться.

Решилась я, когда поняла, что уже год откладываю покупку лекарств, чтобы внести платёж. Вот тогда и пошла спрашивать, что будет с пенсией на самом деле.

Оказалось, на жизнь оставляют

Ответ был не тот, которого я ждала.

Заявление приняли летом 2024-го, банкротом меня признали 14 августа. Управляющий описал моё имущество — утюг, кнопочный телефон, чайник, телевизор и ещё один телефон. Продали всё это за две тысячи четыреста рублей. Больше у меня ничего и не было.

А дальше каждый месяц мне выдавали деньги на жизнь. Я, честно, первые два раза ждала подвоха: думала, сейчас закончится и начнут забирать. Не начали.

Когда процедура завершилась, я посмотрела на итоговые цифры и не сразу поверила. Мне за это время выдали девяносто тысяч шестьсот восемьдесят восемь рублей. Кредиторам, всем вместе, — пятьдесят две тысячи восемьсот семьдесят два.

Мне — больше, чем им. Я год не спала из-за страха, что заберут всё, а закон, оказывается, всё это время был на моей стороне.

Десятое апреля

Процедуру завершили 10 апреля 2025 года. Текущие расходы были погашены, оснований не освобождать меня от долгов суд не установил. Пятьсот десять тысяч семьсот одиннадцать рублей сорок пять копеек — списаны.

Телевизор мне потом подарили дети, простенький. Кнопочный телефон я купила такой же, как был, — к другим не привыкну.

А лекарства я теперь покупаю в тот же день, когда они заканчиваются. Не откладываю. Это, если честно, и есть главное, что изменилось.

Эта история рассказана от первого лица и основана на реальном деле № А33-12934/2024 (Арбитражный суд Красноярского края). Имя сокращено до имени и инициала, отдельные детали и переживания обобщены для живости изложения — это не дословная цитата клиента, а реконструкция. Материал носит информационный характер и не является юридической консультацией: каждая ситуация индивидуальна.